|
|
 |
Рассказ №6494
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 28/08/2005
Прочитано раз: 8362 (за неделю: 11)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Катерина отбивалась как кошка, но вскоре бутылочное горлышко таки вошло тугим рывком ей в анус. Девчонка завизжала и описалась. Ребята глухо хохотали...."
Страницы: [ 1 ]
И в тот самый миг Мигунчик подал сигнал.
Юркий Мопед ухватил Семена за яйца, а подкравшийся Газуго обрушил на Сенину голову початую бутылку текилы: раз, два, и еще раз. Сеня осел на пол. Катерина непонимающе икнула.
- Мочи его! - Хищно пискнул Витруха, пацаны подмяли Семена и принялись пиздить ногами, но босиком-то это делать неудобно:
- Айда в прихожую, наденем говнодавы! - Бросил клич Зибунок.
- Да вы чё, ребят? - Катя по-взрослому оглядела разгоряченных юношей.
- А ты, сука: - Мигунчик схватил её за чёлку, опрокинул на пол, ударил коленом в голову, - Мопед! Дай пузырь! Щас порвём пизде верзоху!
Катерина отбивалась как кошка, но вскоре бутылочное горлышко таки вошло тугим рывком ей в анус. Девчонка завизжала и описалась. Ребята глухо хохотали.
- Звони дяде Мутю, - Шлёпнул Мигунчика по ягодице Газуго, - Заказ исполнен: пусть тащит нам говна три веса, как обещался:
- Да, да, звони Мутю! - Наперебой кричали мальчики, но тут неподвижный до этого Сеня вдруг ожил.
Рванув за ноги ближайшего к нему - Газуго - он опрокинул его, да так, что тот, падая, ударился о край стола затылком; сейчас же Сеня овладел головой его и, мощно крутнув, сломал шею (не все заметили, что Газуго в агонии жидко обгадился). На Сеню сверху прыгнул Витруха, но был опять опрокинут, придавлен - и вот уже стальные руки Семена намертво сомкнулись на его шее. Мопед и Мигунчик переглянулись. Первый смело оседлал рычащего яростью борца, а второй обрушил на его голову с десяток ударов хрустальной пепельницей. Хватка Семена ослабла, но Витруха уже не подавал признаков жизни. Внезапно в сторону бойцов метнулась Катя. Не сразу стало ясно, что в руке её неизвестно как оказался столовый нож. Сидевший на Сене Мопед сразу получил лезвием, а бросившийся ему на помощь Мигунчик поскользнулся в говне и упал. Слабонервного Зибунка немедленно вырвало, а тщедушный Могад прянул к выходу, да только ведь дверь предусмотрительно заперли накануне сами заговорщики: Тем временем Кате удалось нанести лежавшему на полу Мигунчику проникающий укол в горло, а Сеня, стряхнув с себя истекающего кровью Мопеда, ухватил его за волосы и несколько раз пизданул лицом о подоконник. Хрипя, Мигунчик обхватил Катю руками: они покатились по полу, уронив бледного Зибунка. Семен поднялся и, настигнув одним прыжком возившегося с дверным запором Могада, поразил его ударом колена в позвоночник. Могад обвис как тряпочка, даже не успев обосраться. Уверенным движением тренированных пальцев Сеня с хрустом смял ему гортань ("Помогите! Убивают!" - Прорезался вдруг сиплым контральто Зибунок, ломясь в приоткрытую форточку). Прежде чем Мигунчику удалось вырвать у Кати нож, он получил еще как минимум восемь ран, на губах его показалась пена, что свидетельствовало о повреждении лёгких. Катерина вскочила, взяла в руки стул и встала в защитную стойку. Но Мигунчик был уже слаб. Шатаясь, он почти вслепую размахивал лезвием, когда Семен сплеча саданул его вымазанной кровью и калом бутылкой в висок. Мигунчик выронил нож, упал лицом вперед и больше не двигался.
Катя поставила стул на место. Вдвоем с Семеном они подошли к бившемуся в истерике Зибунку и стали его грызть. Зибунок трепыхался как рыба. Сеня разорвал ему зубами щеку и шею, Катя откусила 2 пальца на руке и половину хуя. Когда Зибунок обмяк, они взяли нож и уже вполне деловито, без спешки, стали кромсать его тело, сглатывая кровь и смакуя жилистое мясо. Сеня проник бедолаге в череп и лакомился мозгом. Катя задумчиво посасывала нарезанное ломтиками сердце.
Какова же, собственно, мораль этой истории?
А всё очень просто: никогда нельзя сдаваться. Всегда надо биться до последней, как говорится, капли крови. Звучит банально? Увы и ах, но жизнь в своих проявлениях редко балует нас. Бейтесь, пока не потеряете сознание. Человеческое тело достаточно прочно, а боль - не так страшна, как рисует воображение. Умирать необходимо, как и жить: сражаясь. Лишь тогда тело ваше золотые червячки будут есть.
Золотые червячки питаются несгибаемой волей.
Они большие гурманы, о, да.
Золотые червячки подобны ветру в поле.
Сегодня - здесь, завтра - там: Горе им - не беда.
Золотые червячки бесстрастны и спокойны.
Тысячелетия для них - плевок в море.
Они терпеливо ждут, когда появится достойный.
Питаться падалью - непристойно.
Золотые червячки страстно жить желают,
И жизни сок для них - нужда и самоцель.
Именно поэтому не видно края
У совершенства Вселенной, застывшей как жир в холодце.
А крысиная гонка, как прежде, продолжается.
Тараканьи бега всегда были популярны.
Сколько уродов на планете рождается
Чтобы отнять воздух у нас, Окаянных?
Сколько людишек нужно уничтожить
Чтобы вздохнуть, наконец, свободно?
Миллиард? Три? Пять? Точно сказать сложно,
Но чем больше - тем лучше: так Небу угодно.
Жечь их огнём - или газом вытравливать,
Особого, очевидно, не имеет значения.
Главное - добиться, наконец, правильного
И экстремального Очищения!
Золотые червячки всех стран, соединяйтесь!
Жрите человечества ожиревшие души!
За нами - Естественность, и, как не старайся,
Законы Природы не сможешь нарушить!
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Два раза за день звонил телефон, но трубку брала Лиля, и в ответ раздавались короткие гудки. "Это он!" - Думала Елена, и сердце начинало колотиться в груди. Она не дала ответа на их следующую встречу, решив собраться с мыслями и немного прийти в себя, чтобы совсем не потерять голову. Разница в возрасте, безусловно, сдерживала ее. Какая может быть перспектива у этих отношений? Рано или поздно все оборвется. О том, как это может воспринять ее дочь, Елена даже боялась подумать. "Но я ведь не виновата, что все произошло так стремительно и именно с нами. Значит, это должно быть закономерным". - Успокаивала она себя. | | |
| |
|
| |
| | Когда я пришла в себя и открыла глаза, то увидела, что он уже разделся. Я была вся мокрая, и член легко вошел в меня. Тут Дима был уже не так ласков. Он с силой насаживал меня на себя, его руки стали жесткими и сильно сжимали мое тело. Но именно это было самым лучшим! Я стонала от наслаждения, дергалась под ним. Кончили мы почти одновременно. | | |
| |
|
| |
| | Подойдя снова ко мне, Госпожа окунула палец в вино и провела им по моим губам. Я облизнула её палец, обхватила его губами, поигрывая с ним кончиком языка, слегка посасывая его. Вытащив палец из моего рта, она снова стала справа и внезапно я почувствовала сильный удар плети. Потом ещё один. И ещё... В каждый удар она словно вкладывала душу, моя кожа горела, с губ срывались стоны переходящие время от времени в почти звериное рычание. Удары сыпались на мои спину, бёдра и попку всё чаще и сильнее, в нескольких местах, как мне показалось, кожа уже была рассечена до крови. Она специально била по этим местам, доставляя мне нестерпимую боль и неземное наслаждение одновременно. Я уже потеряла ощущение реальности, лишь чувствовала солоноватый привкус на губах, то ли слёзы, то ли кровь из прикушенной нижней губы... | | |
| |
|
|
| |
| | В один из вечеров, когда я находился вне города, Настя решила пойти сподругой вночной клуб развеяться. Порядочно выпив, женщины присоединились к толпе танцующих и не успели опомниться, как оказались в объятиях двух достаточномолодых ребят,пригласивших их на медленный танец.
| | |
| |
|
