С самого раннего возраста меня путали с девочкой, лицо слишком смазливое, слишком худые руки и ноги, узкие плечи. Уже в юном случалось много неприятных казусов, то в туалете мне скажут, девочка это мужской туалет или в очереди к хирургу посмеются. К годам у меня стало ярко выраженная широкая женская попа, с узкой талией. Я боролся с этим довольно просто, одевался в свободную одежду на пару размеров больше, никаких обтягивающих шмоток. Как-то раз ко мне в гости пришел друг, родителей дома небыло, и мы играли в сегу, потом выключилось электричество. Нам стало скучно и мы стали шарить в вещах родителей, нашли непонятные ватные цилиндрики с ниточкой, макс сказал что это тампоны, что женщины запихивают их в свои дырочки. Мы продолжили поиски, нашли презервативы, их то я уже знал. Макс предложил раздеться и померить презик и посмотреть у кого больше писька, мы разделись. Макс первый раз увидел меня голым.
– у тебя такой странный пердак.
– какой есть. И вообще что ты на моюжопу, смотришь, давай мериться.
Первым был я, распаковав презерватив, я попытался одеть его но он не думал даже держаться.
– надо что бы член встал -сказал макс.
– давай подрочим.
Макс достал карты с голыми телками.
– ух-ты откуда они у тебя?
– у брата стащил.
Как только я увидел карты мой хуй встал торчком как и у макса.
– вот видишь, даже дрочить не пришлось.
Я одел презерватив но он был мне все равно велик, а максу был почти как раз.
– ну все я победил. Торжествующе заверил макс.
– теперь мое желание.
– мы так не договаривались.
– тогда я расскажу пацанам, что у тебя член как у козявки.
– ладно, что хочешь?
Он задумался, оглядел меня с ног до головы, ухмыльнулся и начал рыться в шкафу, вскоре достал из шкафа мамины черные кружевные трусики. Потряс ими перед моим лицом и сказал.
– Надень их.
А максу повезло, что Мама у меня была маленького роста, чуть выше меня. В глубине сознания я всегда знал, что это когда-нибудь случится в моей жизни. Я с обиженным видом стал надевать трусики. Член от этого и не думал падать, я спрятал член в трусиках, но он слегка выпирал. Макс оглядел меня, прошёлся вокруг, присел, что бы посмотреть с другого угла одновременно дергая свой член, потом опять полез в шкаф и:
– нифига, что я нашел
достал от туда пояс с чулками,
– я видел такие на фотография, а в живую ни разу, попробуй одеть.
Я стал одевать чулки так же, как зимой поддевал под штаны колготки, но эти чулки были уж слишком в обтяжку, мне так понравилось ощущение обтянутых ножек что мой член торчал как гвоздь. В одевании пояса не было смысла, ибо чулочки сидели как влитые и не думали сползать. Макс во всю дрочил.
– одень еще лифчик и вообще бомба. Я хоть на красивое белье посмотрю в живую.
Я сам выбрал черный кружевной мамин лифчик, делал попытки его застегнуть, ничего не получалось, пришел на помощь макс и помог мне его застегнуть, но он висел тряпкой, я хотел уже было снять, но макс предложил напихать туда носков. И сам выполнил свое предложение. Сложился вид, что у меня и правда, небольшая грудь.
– эх – сказал он – жаль ты не девочка так бы и лишился с тобой девственности.
– да я сам бы себя трахнул. Покрасневши сказал я.
Сказать по правде мне и самому нравились новые ощущения. Мы стали разглядывать карты и дрочить, он иногда трогал меня за ногу в чулке, мне это даже нравилось. Попалась карта, где две женщины лежат и целуются.
– давай тоже полежим по обнимаемся.
Он взял меня за талию плюхнул на кровать, и сам следом, гладил мне ноги в чулках, мял искусственную грудь, запихивал в трусики руки. Я даже не понял как, но мне это начинало нравиться. Пару раз макс попрактиковался с расстегиванием лифчика одной рукой, и мы продолжили разглядывать карты.
Потом попалась карта, где женщина сосет хуй. И макс загорелся.
– а давай друг другу пососем. Только это останется между нами.
Возбуждение было на пределе, и я сказал
– противно только письку в рот брать мы же из нее писаем.
– в мы презервативы оденем.
– давай. Согласился я
– чур ты первый, а то я уже на грани,
Макс подошёл ко мне, я присел на колени рядом с с пахом макса, закрыл глаза и открыл рот, сердце бешено колотилось. Макс хихикнул,
– ты что глаза аж зажмурил, ничего страшного не будет.