Она лежала без сознания у меня на кровати. Светлые волосы сбились, рот был приоткрыт, а дыхание — еле заметно, я даже подумала, не переборщила ли с хлороформом…
Я похитила бывшую моего парня сегодня ночью и сейчас ждала ее пробуждения. Руки ее я привязала к кованой спинке кровати, ожидая сопротивление с ее стороны.
По правде говоря, я к ней уже давно испытывала смешанные чувства: ненависть и страсть, безумное желание.
На ней были белые джинсы и голубая майка. Я сидела на кровати рядом с ней, любовалась и радовалась своей победе.
Наконец она проснулась. Как она кричала… Меня это безумно заводило. Я знала, что привязана она крепко и никуда не денется, поэтому вышла из комнаты и подождала, пока она успокоится, удовлетворив себя под замечательные звуки надрывающегося сладкого голоска.
Когда она выбилась из сил, я вернулась в комнату.
— Ну что, Юль, как себя чувствуешь? — спросила я, как ни в чем не бывало, с еле заметной издевкой.
— Отвали, тварь. Отпусти меня!
Так я заходила к ней несколько раз, пока она не смирилась с тем, что теперь она моя пленница.
— Хочешь чего-нибудь? — спросила я в очередной раз, поглаживая ее по волосам.
— Пить. — мотнула головой она.
В комнате была жара, неудивительно, что Юля хотела пить. На лице даже выступил пот, корни волос были немного мокрые.
Я нарочно была с Юлей ласкова, не ставила ей никаких условий, не унижала, выполняла все прихоти. Она даже начала немного капризничать, но я не обращала на это внимания. Пока. Я знала, что через несколько часов я смогу насладиться этим вдоволь.
Я принесла ей литровую бутылку холодного чая.
— Вот. Здесь довольно жарко, не знаю, хватит ли тебе. — усмехнулась я.
— Развяжи меня. — почти приказным тоном сказала Юлька.
— Зачем? — поддельно удивилась я, а в душе уже начинала ликовать: я привезла ее сюда не меньше шести часов назад, и неизвестно, когда Юля была в последний раз в туалете. — Я сама могу тебя напоить.
— Мне нужно. — сквозь зубы ответила девушка. Она явно стеснялась сказать прямо, что ее мочевой пузырь причиняет ей определенные неудобства.
— Нужно что? — смеялась я про себя.
— Ничего… — ответила она со злостью. Видимо, моя бедняжка решила потерпеть.
— Хорошо, тогда пей. — я села рядом с ней, кое-как усадила ее (надо заметить, что в этом положении в Юлин живот сильно упирался ремень ее обтягивающих брюк) и начала поить чаем. Я неслучайно принесла именно его: всем известно, что холодный чай имеет неплохое мочегонное свойство.
Юля попила немного. Она оторвалась от бутылки и сказала, что больше не хочет. Я была с ней не согласна
— Выпей еще. — я обхватила ее лоб, немного задрала голову и приставила горлышко бутылки к ее губам. Ей ничего не оставалось делать, как давиться, но глотать. — Вот и умничка! — сказала я ей, ставя бутылку на место.
— Больная! Ты что творишь!
В ответ на ее крики я лишь улыбнулась и вышла из комнаты.
Я вернулась скоро, не прошло и двадцати минут. Было видно, что за время моего отсутствия Юля вся извертелась, ища удобное положение: постель была смята. Было очевидно, что она хочет в туалет.
— Развяжи меня быстро! — снова взбунтовалась моя девочка.