– Слушай, а где все? – вместо приветствия спросил я.
– Не знаю, – ответила она.
– А ты во сколько спать легла?
– Не помню.
– А когда ты ложилась, они были еще тут.
– Ее помню
Все это время она говорила, что ничего не помнит, в один момент мне показалось, что она что-то скрывает. Конечно, ее варианты ответов меня устраивали больше. Может и ее тоже.
Я нашел в холодильнике две бутылки пива и вышел на улицу. Через некоторое время из дому вышла Наташа. На ней были все те же шорты и футболка.
– Хочешь, – я предложил ей пиво.
– Нет. Я лучше кофе.
– А это твое? – спросил я указывая на трусики и лифчик.
– Да
– Видно тебя хорошо отЪимели, – ехидно спросил я.
– Наверное, – как-то равнодушно ответила она.
Я хотел сразу поехать домой, но Наташа умоляла ее не бросать одну. Пока она убиралась, я загорал. Но мне не терпелось скорее напечатать фотографии.
В Москве я проводил ее до дому, а сам, не заходя к себе, пошел к одному своему знакомому, который работал в Кодаке. Я пришел перед самым закрытием, и мне пришлось его поуговаривать. Он мне проявил пленки и сказал, чтобы я сам печатал. Он и раньше мне давал самому попечатать, а сам принялся что-то там считать. Мне это было еще лучше. Не надо было ему показывать фотографии. Я напечатал 70 снимков в двух экземплярах.
Затем я их отсканировал и сделал себе обои на рабочем столе дома. Признаться, я частенько рассматриваю эти фотографии. Как она сосет, как я писаю на нее, как она лижит презерватив, в который я кончил, с бутылкой в пизде и со свечкой в заду. Каждый раз, когда я их смотрю, я так возбуждаюсь, что мне приходится дрочить.